Когда старейшин усаживали в передней части синагоги, вся община тем самым воздавала честь Торе и ее мудрецам * Хотя известно, что в некоторых общинах существовал обычай не усаживать раввинов у восточной стены (мизрах), правильно вернуться к первоначальному обычаю, чтобы почтить Тору и усилить ее влияние * Следует удовлетворить просьбу человека, пожертвовавшего значительную сумму на строительство синагоги, об установлении таблички в память о его пожертвовании * Подобно тому как от нееврея, и даже от идолопоклонника, принимали жертву всесожжения в Храме, разрешено принимать от него пожертвование на синагогу
В эпоху поздних законоучителей во многих синагогах сефардских общин отменили обычай, по которому старейшины сидели лицом к народу, и стали усаживать раввинов в центре, рядом с бимой, так что вся община обращалась к биме. Таким образом, все прихожан были объединены в молитве и пении вокруг раввинов и хазана. Такая форма расположения мест существовала и в некоторых синагогах ашкеназских общин
На каких местах сидят мудрецы Торы в синагоге
Вопрос: нужно ли усаживать раввинов в передней части синагоги лицом к общине?
Ответ: мудрецы сказали: «Как сидели старейшины? Лицом к народу и спиной к святыне» (Тосефта, Мегила, 3:14). Так же писали некоторые из ранних авторитетов – Риф, Рош, Рамбам, Тур и Шульхан арух (Орах хаим, 150:5). На первый взгляд из этого следует, что старейшины буквально поворачивались спиной к Ковчегу Завета. Однако выражение «спиной к святыне» можно истолковать так: старейшины сидели, обратившись в сторону, где находился Ковчег, но не в том смысле, что они действительно стояли к нему спиной. Так объясняет Меири (в комментарии к трактату Мегила, 25б). Относительно расположения общины Рамбам писал: «И весь народ сидит рядами, один ряд перед другим, и лица каждого ряда обращены к спинам ряда перед ним, так что лица всего народа обращены к святыне, к старейшинам и к Ковчегу Завета» (Законы молитвы, 11:4).
Кто были старейшины, сидевшие лицом к народу
Старейшины, которые сидели лицом к народу, были мудрецами Торы. В связи с этим говорят наши мудрецы: «Старейшина — это тот, кто приобрел мудрость» (Вавилонский Талмуд, трактат Кидушин, 32б). Их называли старейшинами потому, что, естественным образом, посвящая субботы и праздники изучению Торы, а также выделяя время на учение в будние дни, те, кто изучал Тору многие годы и накопил жизненный опыт, становились более сведущими в Торе.
Смысл данного закона
Когда старейшины усаживались в передней части синагоги, вся община воздавала честь Торе и ее мудрецам, и в результате этого у молящихся возрастало стремление заниматься Торой, следовать путям Всевышнего и приумножать добро и благословение в мире. Кроме того, обращаясь к народу, мудрецы выражали уважение ко всем прихожанам синагоги, «возлюбленным сынам Всевышнего», пришедшим молиться перед Ним и изучать Тору, которую Он им даровал (см. Бейт Йосеф, 150:5).
Почему в некоторых общинах этот закон не соблюдался
На самом деле, хотя во многих еврейских общинах соблюдали этот обычай, были общины, где его не соблюдали. В древней книге «Различия между людьми Востока и Земли Израиля» указано, что в Вавилоне действовал обычай, описанный в Тосефте, тогда как в Земле Израиля существовал иной порядок.
Аналогичным образом, в эпоху ранних законоучителей во многих ашкеназских общинах мудрецов Торы не усаживали в передней части синагоги. Также в Северной Африке и Йемене было много общин, которые не придерживались этого правила. Для объяснения практики общин, которые не усаживали мудрецов Торы в передней части синагоги, приводилось несколько причин.
А) В некоторых общинах содержание синагоги финансировалось за счет продажи мест; чем ближе к передней части синагоги, тем выше была цена, и места в первом ряду стоили дороже всего. Если бы их оставляли за мудрецами, содержать синагогу было бы сложнее (см. Левуш, Орах хаим, 150:5; Ташбец, 2; Мишна брура, 14).
Б) Выбор старейшин, достойных сидеть у восточной стены, мог вызвать споры, так как иногда трудно определить, кто именно является мудрецом Торы в общине, и попытка решить это могла привести к конфликтам. Следовательно, чтобы избежать ссор, старейшин не усаживали в передней части синагоги. Это аналогично постановлению мудрецов, что коѓен должен первым восходить для публичного чтения Торы, ради сохранения мира в общине, даже если там есть более уважаемый человек (см. Мишна, трактат Гитин, 5:8-9). В этом духе рав Авраѓам, сын Рамбама, писал, что иногда раввины проявляют гордость перед общиной, и поэтому не следует усаживать их у восточной стены синагоги.
Обычай, принятый в Измире
Раввин Хаим Паладжи писал (Каф ѓа-хаим, 11:27), что в Измире в Турции был обычай усаживать мудрецов у входа, и объяснял, что, возможно, так поступали, чтобы предотвратить ситуацию, когда у входа садились бы более легкомысленные из прихожан, и казалось бы, что для них посещение синагоги является обузой. Также, возможно, это делалось потому, что все молящиеся имели обычай целовать руки раввинов, и старосты синагоги не хотели обременять их необходимостью подходить к святому ковчегу.
Обычай сидеть в форме буквы ח, принятый в некоторых сефардских общинах
В эпоху поздних законоучителей во многих синагогах сефардских общин отменили обычай, по которому старейшины сидели лицом к народу, и стали усаживать раввинов в центре, рядом с бимой, так что вся община обращалась к биме. Таким образом, все прихожан были объединены в молитве и пении вокруг раввинов и хазана. Такая форма расположения мест существовала и в некоторых синагогах ашкеназских общин. Однако даже при таком расположении можно сохранить предписание мудрецов усаживать старейшин в передней части синагоги, по обе стороны от святого ковчега.
Согласно изначальному закону, правильно сажать раввинов у восточной стены синагоги
Хотя известны разные общины, в которых не усаживали раввинов на «восточной стороне», то есть в передней части синагоги лицом к общине, правильно вернуться к первоначальному обычаю, описанному нашими мудрецами в Тосефте. То же самое писали и большинство ранних законоучителей. Так поступали во многих общинах Израиля, и, возможно, это был обычай большинства еврейских общин. Делается это для того, чтобы почтить Тору и усилить ее влияние.
В последних поколениях этот обычай перестали соблюдать
В последние поколения, постепенно, даже выходцы из общин, в которых раньше было принято усаживать раввинов на «восточной стороне», перестали это делать. По-видимому, основная причина заключалась в том, что многие члены общины были разочарованы поведением некоторых раввинов, которые из чрезмерной озабоченности сохранением традиции вводили многочисленные ограничения и при этом отменяли важнейшие заповеди и ценности. Так случалось, что раввины выступали против исполнения заповедей заселения Земли Израиля и защиты народа и страны в рамках службы в Армии обороны Израиля, против изучения науки, принижали ценность работы и норм общечеловеческой морали, предшествующих изучению Торы, а некоторые даже пробуждали споры и раздоры по этим вопросам. В таких условиях многие предпочитали, чтобы раввины занимались религиозными услугами – кашрутом, браками и разводами, микве и эрувом, – и не занимали почетного места, в синагоге, которое они могли бы использовать для разжигания споров и ущемления священных ценностей. По этой же причине во многих общинах не стремятся назначать раввина.
Выход из положения
Однако решение не в том, чтобы отменять статус мудрецов Торы, а в том, чтобы усаживать на «восточной стороне» старейшин, преданных всем заповедям и ценностям Торы Израиля: изучению Торы и заселению Земли Израиля, заповедям между человеком и Всевышним, заповедям между человеком и ближним, а также нормам общечеловеческой морали, предшествующим Торе. Чтобы подчеркнуть весь комплекс ценностей Торы, правильно усаживать в передней части синагоги также уважаемых членов общин, достигших успехов в науке, заселении Земли Израиля и службе в армии. Ведь они также относятся к числу «старейшин», которых следует чтить, чтобы они служили примером для молодежи. Даже в тех случаях, когда споры не позволяют усадить их лицом к общине, по крайней мере следует усадить там раввина, и тем самым выполняется предписание: «Да будут глаза твои видеть наставников твоих».
Обычай рава Густмана
Идею усаживать мудрецов Торы, достигших успехов в других областях, я позаимствовал у д-ра Файнгольда, благословенна его память, который рассказывал о практике раввина Исраэля-Зеэва Густмана. В ешиве «Нецах Исраэль» рав Густман усаживал на «восточной стороне» также профессоров, являющихся людьми Торы: профессора Менахема Алона, заместителя председателя Верховного суда, и профессора Гальперина, известного физика. Он просил и профессора Умана, который позднее получил Нобелевскую премию по экономике, сидеть на «восточной стороне», но тот из скромности предпочел сидеть с остальной общиной. Как-то раз рава Густмана спросили: «Как вы выбираете, кого усадить у восточной стены?» Рав Густман понял, что вопрос касается того, почему он усаживает там профессоров, а не раввинов, и ответил: «Здесь, в Израиле, нужно заботиться о государстве, а эти люди символизируют государственность». Государственность, по-видимому, отражает различные системы, на которых базируется жизнь нации. Следует также отметить, что эти профессора были яркими людьми Торы.
Увековечивание памяти жертвователей
Вопрос: следует ли удовлетворить просьбу человека, пожертвовавшего значительную сумму на строительство синагоги, и установить табличку с надписью «Синагога построена при содействии такого-то»?
Ответ: если человек действительно был значимым участником, следует выполнить его просьбу. Так произошло в дни Рашба в Испании: один богатый человек согласился расширить синагогу за свой счет и на своей земле, но потребовал, чтобы это было указано на входе в синагогу. Некоторые прихожане возражали и спросили Рашба, следует ли это делать. Он ответил, что нужно выполнить его желание по двум причинам: во-первых, синагога была расширена за счет его собственной земли; во-вторых, существует заповедь распространять сведения о тех, кто совершил благое дело, «чтобы дать награду за исполнение заповеди… И если Тора так поступила (распространив сведения о совершивших заповедь), мы должны следовать ее образцу, который является для нас путем праведности» (Респонсы Рашба, 681). Такое же постановление выносят и многие другие законоучители (Рама, Маген Авраѓам, Мишна Брура).
Пожертвования от неевреев и увековечение памяти на табличке
Вопрос: можно ли принимать пожертвование от нееврея на синагогу, и правильно ли указывать это на памятной табличке?
Ответ: Подобно тому как от нееврея, и даже от идолопоклонника, принимали жертву всесожжения в Храме, разрешено принимать от него пожертвование на синагогу, например на покупку люстры (как объясняется в Вавилонском Талмуде, трактат Арахин, 6а).
Однако запрещено принимать от неевреев милостыню для бедных, поскольку это может быть осквернением Божественного имени, если евреи вынуждены полагаться на неевреев; а также потому, что милостыня искупает грех, и есть опасение, что благодаря ей грехи неевреи будут искуплены, и евреи останутся у них в порабощении. Но жертвы всесожжения и пожертвования на синагогу принимают, так как они не предназначены для искупления греха.
Пожертвование от христианина, который стремится обратить евреев в свою веру, принимать запрещено. Но от христиан, которые обязались не склонять евреев к принятию христианства, разрешено принимать пожертвование на синагогу, тем более от христиан, любящих Израиль. Как правило, разрешено указывать имя нееврея на памятной табличке, и это даже считается освящением Божественного имени. Однако есть опасения, что это может задеть достоинство евреев, которые внесли не менее значимый вклад. На практике решение должен принимать местный раввин.
