[lang]
HE EN ES

Ревивим

Чтобы получать статьи по эл. ​почте, заполните ваши данные здес

Ревивим — Рав Элиэзер Меламед

Моавитянка Рут и достоинство прозелитов

Рут была так глубоко проникнута милосердием и готовностью к самопожертвованию, что оделила милостью и спасением всех, кто был к ней близок: благодаря ей грех Элимелеха, покинувшего Землю Израиля, смягчился; Наоми, которая в свое время не протестовала против греха своего мужа, получила утешение через новорожденного сына Боаза и Рут; а Боаз благодаря Рут удостоился потомка и продолжателя рода ● Хотя прозелиты присоединились к еврейскому народу позднее, союз, заключенный между Всевышним и Израилем на горе Синай, включал и их тоже ● При углубленном рассмотрении Письменная Тора и пророчества больше относятся к избранности Израиля, а Устная Тора, которая постоянно обновляется, подходит для людей, присоединившихся к еврейскому народу.

В один из периодов упадка в эпоху Судей, когда Землю Израиля постиг сильный голод, Элимелех, уважаемый человек из города Бейт-Лехема в Иудее, вместе со своей семьей бежал в землю Моав. Элимелех и его жена Наоми были потомками очень богатого и знатного семейства из колена Йеѓуды, – колена, из которого, согласно завещанию нашего праотца Яакова, должен был выйти будущий царь Израиля. Однако, по всей вероятности, Элимелех, помнивший братоубийственные войны внутри народа Израиля и его поражения в войнах с внешними врагами, был исполнен пессимизма в отношении будущего своего народа. Поэтому, когда в Земле Израиля начался голод, он повернулся спиной к беднякам Израиля и, чтобы спасти свое имущество, бежал вместе с семьей в Моав. Там он начал новую жизнь и женил своих сыновей Махлона и Кильона на моавитянках Рут и Орпе, происходивших из моавитского царского рода. Однако удача не улыбнулась его семейству, и через десять лет Элимелех умер, его сыновья, пытавшиеся продолжить его дела, разорились и тоже умерли, и Наоми, обнищавшая и похоронившая мужа и сыновей, решила возвратиться в свой покинутый дом в Бейт-Лехеме.

Ее овдовевшие невестки так любили ее, что хотели отправиться в Землю Израиля вместе с ней. Наоми их обняла и поцеловала, поблагодарила за их милосердие по отношению к ней и к памяти их умерших мужей, однако, ощущая ответственность за их будущее, предложила им вернуться в родительский дом, где они смогут вторично выти замуж и создать семью. Невестки зарыдали и сказали, что хотят пойти вместе с ней. Наоми объяснила им, что если они пойдут вместе с ней в Землю Израиля, то останутся до самой смерти одинокими вдовами, так как у них нет никакого шанса выйти там замуж за евреев. Кроме того, им там не будут рады, потому что семья Элимелеха предала свой народ, бежав от голода в Моав. А в своей родной стране они знатны и богаты, поэтому, несомненно, найдут себе хороших мужей. Орпа поцеловала Наоми и возвратилась домой, но Рут не согласилась с ней расстаться.

И сказала Наоми Рут: вот видишь, Орпа возвратилась в свой отчий дом, возвращайся и ты! Выйди замуж и создай семью! «Но сказала Рут: не проси меня покинуть тебя и уйти от тебя обратно, потому что куда ты пойдешь – пойду и я, и где ты заночуешь, там заночую и я. Твой народ – это мой народ, и твой Бог – мой Бог. Где ты умрешь, там и я умру, и там похоронена буду. Пусть воздаст мне Господь и еще усугубит, если не разлучит меня с тобою лишь смерть!» (Свиток Рут, 1:16-17). Будучи преисполнена чувства морального долга перед своей несчастной свекровью, Рут ощутила духовное пробуждение, и ее сердце раскрылось для веры во Всевышнего, Бога Израиля. И она решила пройти гиюр и присоединиться к вечному завету между Всевышним и народом Израиля, даже если из-за этого ей придется остаться до самой смерти бедной вдовой.

Когда Наоми и Рут пришли в Бейт-Лехем, там как раз состоялись похороны жены Боаза, величайшего мудреца Торы в своем поколении (см. Вавилонский Талмуд, трактат Бава батра, 91а). По всей вероятности, когда Наоми была молодой девушкой, она могла бы выйти замуж за Боаза, который был ее дальним родственником, но ее родители предпочли, чтобы ее женихом стал Элимелех, считавшийся более завидным женихом. По возвращении в Бейт-Лехем Наоми, испытывая глубокий стыд, хотела пробраться в свой дом незаметно, по задворкам. Дорога проходила через кладбище, и как раз в этот момент там проходили похороны жены Боаза, поэтому все горожане, собравшиеся на кладбище, увидели поверженную Наоми, возвращавшуюся в свой покинутый дом. Они еще помнили те времена, когда она была богатой и знатной, одевалась в роскошные одежды и ездила по городу в дорогой колеснице. А теперь они увидели, что одеяние ее разорвано, лицо осунулось от голода, и ее сопровождает молодая женщина (см. Мидраш Рут раба, 3, 6). «И шли они обе, пока не пришли в Бейт-Лехем. А когда пришли в Бейт-Лехем, то взволновался из-за них весь город, и женщины говорили: неужели это Наоми? И сказала она им: не зовите меня Наоми, а зовите меня Мара (Горькая), ибо послал мне Всемогущий горесть великую. Уходила я в достатке, а возвратил меня Господь с пустыми руками. Зачем же зовете вы меня Наоми, когда Господь осудил меня и Всемогущий навел на меня беду?» (Свиток Рут, там же, 19-21).

Наоми и Рут страдали от голода и нищеты, однако сохраняли достоинство и не стучались в дома горожан, чтобы побираться. На их счастье, они возвратились в Бейт-Лехем в дни жатвы ячменя, и, как известно, Тора заповедала оставлять в поле дары бедным (лекет, шихеха и пеа). Но для Наоми сбор этих даров был связан с величайшим позором. Рут вызвалась сама собирать в поле, в чужой стране, дары, оставленные для бедняков. Это поле принадлежало Боазу, и, оказавшись там, он случайно услышал, как жнецы говорили о моавитянке Рут. Боаз заметил ее скромность и доброту и, опасаясь, что кто-нибудь использует это в своих корыстных интересах, попросил ее, чтобы она всегда приходила собирать дары в его поле. Вместе с этим он повелел жнецам относиться к ней почтительно, угощать ее пищей и оставлять для нее качественные колосья.

Возвратившись домой, Рут рассказала Наоми, что один человек, Боаз, отнесся к ней с величайшей добротой. Наоми поняла, что, возможно, именно от Боаза к ним придет спасение. Ведь Боаз принадлежал к тому же роду, что и она, и хотя он был гораздо старше Рут, если бы он женился на ней, чтобы исполнить заповедь левиратного брака, и у них родился бы сын, то он мог бы восстановить этот знатный род в народе Израиля. И Наоми, будучи очень мудрой женщиной, разработала план, согласно которому Рут должна была выразить наиболее смелым и ясным образом свое желание выйти замуж за Боаза, несмотря на то, что он был старше нее на несколько десятков лет. Однако они столкнулись с двойной проблемой. Во-первых, существовало ѓалахическое сомнение, разрешено ли жениться на моавитянке, принявшей еврейскую веру. Во-вторых, в этом роду был другой родственник, более близкий, который должен был жениться на Рут в рамках исполнения заповеди левиратного брака. Когда было вынесено ѓалахическое постановление, что разрешено жениться на моавитянке, прошедшей гиюр, и тот родственник отказался жениться на Рут, на ней женился Боаз. «И взял Боаз Рут, и стала она ему женою, и вошел он к ней. И одарил ее Господь беременностью, и родила она сына. И говорили женщины Наоми: благословен Господь, что не лишил тебя ныне близкого родственника! И да славится имя его в Израиле! И пусть будет он тебе отрадой души и кормильцем в старости, потому что родила его невестка твоя, которая любит тебя, которая для тебя лучше семерых сыновей. И взяла Наоми дитя, и прижала его к груди своей, и стала она ему нянькой. И дали ему соседки имя, сказав: сын родился у Наоми!» (Свиток Рут, 4:13-16). Рут была так щедра с Наоми, что полностью разделила с ней труд по воспитанию ребенка, – так, что даже соседки сказали, что он словно сын самой Наоми.

Так Рут, глубоко проникнутая милосердием и готовностью к самопожертвованию, оделила милостью и спасением всех, кто был к ней близок: благодаря ей грех Элимелеха, покинувшего Землю Израиля, смягчился; Наоми, которая в свое время не протестовала против греха своего мужа, получила утешение через новорожденного сына Боаза и Рут; а Боаз благодаря Рут удостоился потомка и продолжателя рода. Ведь, как сказано в Вавилонском Талмуде (трактат Бава батра, 91а), у него было тридцать сыновей, и все они умерли при его жизни, а благодаря Рут он удостоился сына, который продолжил его род и наследие.

Прошло много лет, Боаз и Наоми умерли. Говорят наши мудрецы, благословенна их память, что Всевышний одарил Рут особой милостью и даровал ей исключительное долголетие. Она видела, как Давид, ее правнук, занимается становлением еврейского народа и основывает в Иерусалиме вечное царство Израильское. Она даже удостоилась быть свидетельницей того, как ее праправнук Шломо занимает царский престол. Ее называли «Мать Царства израильского», а во время праздников и других радостных событий она восседала на роскошном кресле рядом с царем, и все знали, что царская династия еврейского народа была основана благодаря милосердию и праведности этой женщины, моавитянки, принявшей еврейскую веру (см. Млахим 1, 2:19; Бава батра, 91б).

 

Дарование Торы сынам Израиля и прозелитам                                 

Когда Святой, благословен Он, заключил союз с сынами Израиля на горе Синай, этот священный союз распространялся и на всех прозелитов, которые когда-либо перейдут в еврейскую веру. Вот что сказал в связи с этим Моше, учитель наш, сынам Израиля (Дварим, 29:13-14): «И не с вами одними заключаю я союз сей и клятвенный договор сей, но и с теми, которые стоят ныне здесь с нами пред Господом, Богом нашим, и с теми, которых нет здесь с нами ныне». Объясняют наши мудрецы (в Вавилонском Талмуде, трактат Швуот, 39а), что слова «и с теми, которых нет здесь с нами ныне» подразумевают и всех прозелитов, которые когда-либо пройдут гиюр.

Таким образом, уже в момент дарования Торы на горе Синай свыше было определено, что некоторые представители других народов присоединятся к народу Израиля и к его великой миссии: привлечь высшее благословение ко всем народам земли.

Сказали наши мудрецы (Мидраш Танхума, разд. Ваякѓель, 8): «Вот почему Тора была дана в пустыне, дабы научить нас: как пустыня принадлежит всем людям на земле, – так слова Торы принадлежат каждому, кто хочет их изучать… Ибо сказано (Ваикра, 18:5): «Соблюдайте же уставы Мои и законы Мои, исполняя которые, человек будет жив ими; Я Господь». Сказано не «коѓен, левит, исраэлит», а «человек», поэтому: «Закон один и право одно да будут для вас и для пришельца, проживающего у вас» (Бемидбар, 15:16)». Также мы видим, что Итро, который был прозелитом, стал прародителем величайших мудрецов Торы, которые удостоились пророчества и учили Торе весь народ Израиля.

 

Авраѓам – праотец всех евреев и прозелитов                                 

Наш праотец Авраѓам, благодаря которому в мире воссиял свет веры и нравственности, является праотцем как евреев, так и прозелитов. Ведь сказали наши мудрецы, благословенна их память, что Авраѓам делал гиюр мужчинам, а Сара – женщинам. А когда они взошли в Землю Израиля, то, как сказано в Торе (Берешит, 12:5), они взяли с собой «души, которые они приобрели в Харане» (см. Мидраш Берешит раба, 39:14; Авот де-рабби Натан, 12), то есть прозелитов, которым они сделали гиюр.

 

Главнейшая деятельность Авраѓама – гиюры                                 

Более того, наши мудрецы говорят, что самой первой и главной деятельностью Авраѓама и Сары были именно гиюры. В Вавилонском Талмуде (трактат Авода зара, 9а) сказано, что когда Авраѓаму исполнилось 52 года, в мире завершились две тысячи лет хаоса и начались две тысячи лет Торы. В чем это выражалось? В том, что в это время Авраѓам и Сара начали принимать прозелитов. И только благодаря этому много лет спустя, когда Авраѓаму исполнилось 75 лет, Всевышний заповедал ему взойти в Землю Израиля и возвестил, что его потомство станет народом, который унаследует эту землю и приведет в мир высшее благословение для всех народов мира.

 

Евреи и прозелиты – врожденная избранность и свободный выбор                                 

Хотя прозелиты принимают иудаизм по своему выбору, и нет такого решения, принятого человеком, которое выражало бы свободу выбора больше, чем гиюр, – после гиюра становится ясно, что с самого начала их душа содержала искру святости, и именно благодаря ей они удостоились духовного пробуждения и захотели сделать гиюр. Говорят наши мудрецы (в Вавилонском Талмуде, трактат Шабат, 146а), что души всех прозелитов стояли вместе с сынами Израиля на горе Синай.

 

Устная Тора и Письменная Тора                                 

При углубленном рассмотрении Письменная Тора и пророчества больше относятся к врожденной избранности Израиля, а Устная Тора, которая постоянно обновляется и выражает свободный выбор человека, подходит для людей, присоединившихся к еврейскому народу. Наш учитель Моше, величайший из всех пророков, получивший Тору на горе Синай, принадлежал к знатному еврейскому роду. И пророки, последовавшие за ним, тоже, как правило, были выходцами из знатных родов. Что же касается Итро, тестя Моше, который был прозелитом, удостоился обновить правовую систему народа Израиля, заложив основы Устной Торы. Подобным же образом, рабби Акива, величайший из мудрецов Устной Торы, был сыном прозелита по имени Йосеф. Если пророчество дается свыше, то Устная Тора олицетворяет собой свободу человеческого выбора.

Соединяя воедино две этих силы – Израиль и прозелитов, врожденную избранность и свободу выбора, пророчество и закон, Письменную Тору и Устную Тору, – мы удостаиваемся наиболее полного раскрытия Божественности, благодаря которому народ Израиля может привлечь свыше благословение для всех народов и подвергнуть мир духовному и материальному исправлению, раскрыв в нем Божественное царство.

כתבות נוספות באתר:

Разъяснение позиции ѓалахических авторитетов, придерживающихся в отношении гиюра более строгого толкования закона Ѓалахи

Первое упоминание случая, когда гиюр был отменен из-за того, что новообращенный не соблюдал заповеди, приводится в сборнике ѓалахических вопросов и ответов «Бейт

Вопросы, возникшие по теме гиюра

Гиюр людей, которые хотят придерживаться традиционного образа жизни (масорти), призван не подорвать основы иудаизма, а решить проблему близких родственников евреев, которые живут

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.