[lang]

Ревивим

Чтобы получать статьи по эл. ​почте, заполните ваши данные здес

Ревивим — Рав Элиэзер Меламед

Границы сближения с реформистами

Сближение с реформистами и консерваторами имеет предел, и он связан с процессом прохождения гиюра, вопросами заключения брака и другими темами, строго регламентированными Ѓалахой * Вместе с тем, слишком большое отдаление представителей реформистского и консервативного движений вызывает слишком много разногласий, которые в конечном итоге наносят ущерб всему народу * Воспоминания моего деда, рава Вайля, да отомстит Всевышний за его кровь, – он отказался бросать свою общину на произвол судьбы и погиб в Освенциме, освящая имя Всевышнего

После моих замечаний в предыдущей колонке о любящем и уважительном отношении к каждому человеку и движению в народе Израиля, включая консерваторов и реформистов, и о том почете, который следует оказывать им, когда они приходят в Эзрат Исраэль, чтобы помолиться у Западной стены Храмовой горы, – некоторые читатели обратились ко мне с вопросом: где предел этому сближению? Иными словами, нет ли опасения, что уважительное отношение даст им признание и ослабит позиции Торы?

Ответ: действительно, между нами и реформистами существуют непримиримые разногласия по поводу основ нашей веры и заповедей Торы. Эти разногласия выражаются главным образом в отношении к Ѓалахе. Они настолько велики, что согласно законам Ѓалахи, которые все евреи обязаны исполнять, мы не можем считать реформистское и консервативное движения выражающими традицию Торы. Поэтому мы не можем принять гиюры, совершенные в рамках этих движений, и заключенные ими браки. В соответствии с этой позицией, необходимо, чтобы евреи, соблюдающие заповеди Торы и ведущие религиозный образ жизни, вели себя разумно и вежливо, настаивая на том, чтобы государственные структуры действовали согласно законам Ѓалахи. Это касается заключения браков, соблюдения субботы и кашрута, гиюра и тому подобного.

Разумеется, эта позиция очень обижает представителей реформистского и консервативного движений и приводит к конфликтам между ними и членами религиозной и ультраортодоксальной общин. Именно поэтому мы должны как можно больше стремиться к примирению с ними, благосклонно относиться ко всему хорошему, что у них есть, и искать пути выражения братского чувства по отношению к ним и общности судьбы и возложенной на всех нас миссии.

 

Относиться с уважением                                

В Торе, сразу после заповеди упрекать еврея за совершенный им грех приводится заповедь любить каждого еврея и запрет его ненавидеть: «Не враждуй на брата твоего в сердце твоем; ты увещевай ближнего твоего, и не понесешь за него греха. Не мсти и не храни злобы на сынов народа твоего, а люби ближнего твоего, как самого себя; Я Господь» (Ваикра, 19:17-18). Следовательно, даже когда мы вынуждены вступать в спор с евреями, не соблюдающими заповеди Торы и религиозный образ жизни, заповедь любить их и помогать им остается в полной силе. Более того, если перед нами стоят два человека, один исполняет заповеди, а второй нет, и мы должны поспорить со вторым и указать ему на его заблуждения, – нам заповедано помочь сначала тому, с кем мы спорили, чтобы он знал, что критика направлена только на определенные темы и не противоречит доброму и дружескому отношению к нему.

И если это верно по отношению к отдельному человеку, это тем более касается целых движений в еврейском народе, поскольку враждебность, которая может возникнуть в результате нарушения этого принципа, вдвойне серьезна.

 

Обратный вопрос                                

На самом же деле, следует спросить тех, кто не готов проявлять уважение к представителям реформистского и консервативного движений: где проходит их предел конфликта?

Мы должны извлекать уроки из опыта ультраортодоксальной общины, в которой раздорам не был положен предел, и теперь они разъедают всю общину. Мой дядя рав Авраѓам Ремер, благословенна память праведника, рассказывал: когда он сопровождал нашего учителя и наставника рава Цви-Йеѓуду Кука во время визита в ешиву Поневеж в Бней-Браке, то слышал от него, что рав Каѓанеман (глава и основатель этой ешивы) обладает величайшими заслугами, так как создал одно из крупнейших мест изучения Торы в Израиле и во всем мире, однако на ешиве лежит большое пятно. Дело в том, что ее ученики позорили двух выдающихся раввинов, рава Ицхака Герцога и рава Исера Унтермана, благословенна память праведников, верховных раввинов Израиля в середине прошлого века, и ешива не отреагировала на это с должной строгостью. Раздорам не был положен предел, когда это было необходимо, и сегодня ешива Поневеж пребывает в раздорах, позоре и осквернении имени Всевышнего.

В прошлом в ультраортодоксальной общине ограничивались нападками на раввинов сионистского лагеря, а в наши дни положение таково, что большинство уважаемых раввинов и адморов не могут свободно ходить по улицам, заходить в ешивы и синагоги, принадлежащие враждебному лагерю внутри ультраортодоксальной общины, так как опасаются, что им будет нанесен вред. Эти раздоры еще не достигли сионистской религиозной общины, но существуют «праведники», которые хотят перенести такую «святость» и на этот лагерь. В заключение скажу, в нашей нынешней ситуации мы должны гораздо больше опасаться напрасной ненависти и раздоров, чем проявления уважения к евреям, которые не соблюдают Тору должным образом и даже действуют резко против нас.

Когда нет предела противоречиям, это наносит огромный ущерб морали и нравственности, которые предшествуют Торе, а также самой Торе, ее заповедям и миссии, возложенной на народ Израиля.

 

Раввины, которые сотрудничали с реформистами                                

В моей предыдущей колонке я цитировал слова моего деда со стороны матери, известного педагога, профессора Йосефа Валька, благословенна его память, о еврейской общине польского города Вроцлава, в которой царило единство между евреями всех направлений: ортодоксами, реформистами и консерваторами, и это единство поддерживали и сохраняли раввины общины. Но и в других общинах, где не было полного единства, как правило существовало сотрудничество между ортодоксами и реформистами.

В этой связи следует упомянуть моего прадеда, тестя дедушки Йосефа, рава Хаима-Йеѓуду-Арье Вайля, благословенна память праведника, который занимал пост раввина разных общин в течение более чем сорока лет. В последние двадцать их них он был раввином ультраортодоксальной общины города Дюссельдорф в Германии. Он сотрудничал с реформистской общиной в построении микве, поставке кошерной пищи еврейским учреждениям и расширении еврейского кладбища. Но, к его сожалению, сотрудничество было недостаточно широким, и большая часть бремени легла на небольшую ультраортодоксальную общину, которая была вынуждена удовлетворять религиозные потребности многих евреев, которые не являлись ее членами, за счет ее истощающейся казны. Так или иначе, конфликтов там не было, наоборот, имело место стремление к сотрудничеству, и нередко именно ортодоксы обращались к реформистам с просьбой о сотрудничестве.

Мой прадед был одним из раввинов Германии, которые поддерживали Агудат Исраэль, и их позиция заключалась в том, что до тех пор, пока им не мешали руководить своей общиной, они считали сотрудничество с остальными евреями положительным и желательным.

Эта реальность также отражена в словах нашего наставника рава Цви-Йеѓуды Кука, благословенна память праведника, который сказал, что великие люди Израиля не бойкотировали реформистов, но те сами «отстранились от возрождения еврейского народа в Земле Израиля», и поэтому, естественно, возник раскол.

 

Самоотверженность в соблюдении заповедей Торы                                

В последнее время, в рамках написания серии «Жемчужины Ѓалахи» я занимаюсь вопросом самоотверженности. Поэтому я вспомнил своего прадеда, раввина Дюссельдорфа, убитого во имя освящения имени Всевышнего во время Холокоста. Еще до этого он много говорил о самоотверженности в соблюдении заповедей Торы и об освящении имени Всевышнего. Его племянник рассказывал: как-то раз, когда он был еще ребенком, и в мире царило относительное спокойствие, его дядя, рав Вайль, навещал его семью. Чтобы воспитать детей в духе Торы и заповедей, он рассказал им о своем прадеде, убитом во время погромов в Польше ради освящения имени Всевышнего. Он также рассказал им про рабби Акиву, который тоже погиб ради освящения Божественного имени. Весь рассказ он вел по-немецки, но слова «освящение имени Всевышнего» (кидуш Ѓашем) произнес на иврите, исполненный священного трепета, и они глубоко потрясли детей. Прадед не знал, как скоро его слова станут актуальны.

 

Возможность совершить алию в Землю Израиля                                

В 1936 году мои бабушка и дедушка поженились и сразу после свадьбы совершили алию в Землю Израиля. После алии, обосновавшись в религиозном мошаве Сде-Яаков, они отправили приглашение своему дедушке, которому было уже за семьдесят, присоединиться к ним. В те года нацисты уже были у власти в Германии, многие немецкие евреи бежали в разные страны, и дюссельдорфская община постоянно сокращалась. Но прадед ответил, что община все еще нуждается в нем, и капитан должен последним покидать тонущий корабль. И еще добавил в письме, что в Земле Израиля, наверное, нет недостатка в раввинах, а в Германии их осталось очень мало.

 

Хрустальная ночь                                

После этого, в Хрустальную ночь, в пять утра пятеро нацистских головорезов ворвались в дом прадеда. Ему тогда было 72 года. Нацисты выволокли его из дома и избили. Они сломали мебель, разбили красивую стеклянную и фарфоровую посуду, из которой ели по праздникам, и выбросили священные книги в окно. Сначала они хотели забрать прадеда с собой, но затем передумали.

Община была разрушена, евреи Германии поняли, что им нужно бежать, и поэтому прадед присоединился к своей дочери Флоре, которая несколькими годами ранее бежала с мужем в Голландию. Они сняли для него небольшую квартиру над их домом.

В Голландии он ослаб и почти лишился зрения. Несмотря на это, обладая огромными знаниями Торы и помня многие книги наизусть, он не прекращал своих ежедневных занятий. Он весь день сидел над раскрытой книгой и с помощью своей исключительной памяти заучивал ее наизусть, и время от времени, когда ему нужно было закончить слово, он приближал книгу на расстояние примерно двух сантиметров от своего здорового глаза, читал и вновь продолжал заучивать.

Его отличала величайшая скромность. Чтобы не беспокоить дочь и зятя, он научился управляться самостоятельно в новой стране и с помощью трости для слепых всегда находил дорогу. Каждый день он дважды выходил из дома: в первый раз на утреннюю молитву, а во второй – на послеполуденную и вечернюю. После молитвы он оставался, чтобы послушать урок Гемары, и однажды, когда раввин случайно пропустил одну строчку, прадед поднял руку и вежливо указал раввину на его ошибку. Так его соседи узнали, что он обладает глубокими знаниями Торы и прекрасно разбирается в Талмуде.

 

Отказался прятаться                                

Когда проклятые нацисты, да сотрется их имя, оккупировали Голландию и начали преследовать евреев, прадеду предложили спрятаться. Но он знал, что ради этого одна голландская семья должна подвергнуть себя опасности, поэтому отказался. И еще он сказал, что достоин спасения не более всех других евреев, и то, что постигнет всех, постигнет и его. И, осознавая свою раввинскую миссию, добавил, что, возможно, как раввин он будет полезен своим братьям в лагерях.

В 1942 году, когда ему было 76 лет, он был отправлен в концлагерь. С помощью своей палки он пробирался через лагерь наощупь и заботился обо всех своих нуждах. Каждую неделю поезд с евреями отправлялся в лагерь уничтожения Освенцим. Примерно через год, когда настал и его черед отправиться в лагерь смерти, по свидетельствам очевидцев, он попрощался со своими соседями, произнеся «большую и серьезную речь».

Преисполненный непоколебимой веры, он мужественно принял приговор Небес и отдал свою жизнь за освящение Божественного имени, как его дед до него и как все святые евреи, вознесшиеся в Ган Эден.

Он удостоился того, что все пятеро его детей спаслись от Холокоста и всю жизнь не прекращали соблюдать Тору и заповеди. Его потомки теперь насчитывают более четырехсот человек, живут в Земле Израиля и продолжают его путь, путь Торы и заселения этой земли.

כתבות נוספות באתר:

Смысл трубления в шофар в Рош ѓа-Шана

Заповеди, относящиеся, казалось бы, к внешнему аспекту нашего существования, на самом деле более глубоко выражают суть нашей безоговорочной приверженности союзу между Всевышним

Концепция единства в философии рава Кука

По причине изгнания и географической удаленности возникли разные подходы в служении Всевышнему, порой далекие друг от друга и разобщенные вплоть до враждебности

Молитва реформистов у Западной стены Храмовой горы (Стены Плача)

Следует разрешить представителям консервативного и реформистского движений молиться в специально отведенном для этого месте (Эзрат Исраэль), и раввин Западной стены должен предоставить

Поделиться в facebook

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *